— Как вы выбирали свою профессию? Помогло ли вам в этом «раннее развитие»?

– Профессию выбирал по интересу, непосредственно «раннее развитие» к этому выбору отношения не имело, большее влияние оказала мастерская в доме и инженерная смекалка отца. Любимое занятие в детстве — чтение.

— Сколько у вас детей?

– Детей у нас двое — Наташа (1980) и Александр (1984). Оба закончили университеты, у Наташи диплом по истории искусств и, кроме этого, высшая переводческая квалификация (DiplomainTranslation). У Александра диплом по информационным технологиям.

— Как вы оцениваете сегодня деятельность ваших родителей как педагогов?

– Многое из того, что сделал мой отец, светлая ему память, ещё ждёт своего времени, настолько это опередило современную детскую психологию. Одна из поразительных вещей, которую он по сути доказал своими исследованиями, в том, что ребёнок развивается не благодаря внешним воздействиям и условиям, а в первую очередь благодаря творческому началу, по сути подобию Божиему, заложенному в нём.

Импульс развития идёт изнутри, не снаружи, и то, что делаем мы, как родители, может помочь или помешать развитию, но не может создать этот импульс. Поэтому необходимым условием развития является свобода для этого внутреннего творческого начала и предоставление ему правильных условий, информации, примера.

— За что вы благодарны своему детству? 

– Я очень ценю, что наши родители никогда ни к кому не относились с предубеждением. Кто бы у нас ни появлялся — в течение многих лет огромное количество народу прошло — и никогда не было изначально плохого отношения к человеку. И это очень сильно засело в нас. Ещё у нас в семье с самого начала уважалась самостоятельность мысли.

Школа спортивной борьбы, через которую мы прошли в детстве, сделала меня способным в нужный момент мобилизовывать все свои силы, полностью концентрироваться. Я имею ввиду способность моментально реагировать, брать себя в руки, независимо от того, устал ты или нет. И второе: уметь распределять свои силы, не переоценивать себя. И в физическом смысле, и в моральном, и в интеллектуальном.

Отмечу одну важную особенность, которая вообще характерна для нормальной семьи, и для семьи наших родителей в частности. Это та самая абсолютно откровенная атмосфера внутри семьи. Здоровая, честная обстановка. Доверие и хорошие человеческие отношения: между родителями, между родителями и детьми.

Я очень благодарен моим родителям за то, что у меня было такое детство, за то физическое здоровье, психологическую крепость и умение соображать, которые оно мне дало. И думаю, что раннему развитию мы должны быть многим обязаны: и экономией времени, и возможностью пройти школьный путь, сравнительно мало от него пострадав, как в моральном, так и в умственном смысле.

Надо сказать, что в информации о Никитиных существует много мифов, и остаётся только надеяться, что когда‑нибудь будет написана правдивая история о том, как это всё было.

— Как вы выбирали свою профессию? Помогло ли вам в этом «раннее развитие»?

– Таблица Менделеева на стене, наверное, поспособствовала.

— А чем ещё «вооружила» вас семья в детстве?

— Семья мне дала всё. А если серьёзно, то думаю, что почти всё, что касается развития ребёнка, зависит от родителей, а точнее, от того, в какой обстановке он находится и какие люди его окружают. Так что мне (я сейчас говорю только о себе) очень повезло.

— Любимое занятие в детстве? Любимая игра (игрушка)?

— Любимое занятие (индивидуальное) — чтение. И всегда любил любые занятия и игры с папой. Любимая игрушка — большие деревянные кирпичи.

— Как вы воспринимали известность семьи — она вам помогала или мешала?

— В большей степени, наверное, мешала.

— Что вы считаете главным в работе Б.П. и Л.А. как педагогов‑практиков, новаторов? Какую книгу (игру) Никитиных вы любите больше всего?

— Хочется провести аналогию с поэзией. Поэт — это не тот, кто отвечает на вопросы. Поэт — это тот, кто помогает нам взглянуть на мир другим взглядом, с другой стороны, и увидеть то, что не видит обычный человек. Так и Никитины. Они научили многих людей (и в первую очередь своих детей) смотреть на взаимоотношения взрослых и детей новым взглядом, сильно отличающимся от традиционного. Раньше говорил, что моя любимая игра — Уникуб, но теперь, когда увлёкся придумыванием новых заданий к игре Сложи квадрат, могу сказать, что она ничуть не менее сложная и гораздо более разнообразная, чем Уникуб.

— Какие элементы «системы воспитания по Никитиным» вы перенесли в свои собственные семьи? Что из опыта Никитиных-старших вы не стали повторять и почему?

— Вот этот подход и перенёс. А что не стал повторять со своими детьми, так это перескакивание через классы в школе. Хотя, разумеется, это перескакивание никак нельзя отнести к «системе воспитания по Никитиным».

— Зачем семье Никитиных публичность сейчас? Сайт, соцсети…

— Во‑первых, как средство продолжения дела Никитиных.
Во‑вторых, как место, где могут общаться все, кто считает себя продолжателями дела, кто просто читал книги Никитиных и пытается что‑то взять оттуда для себя, кто в чем‑то не согласен с Никитиными и хочет высказать свою точку зрения.
В‑третьих, для того, чтобы по возможности, положить конец огромному числу мифов, сплетен и клеветы, которые окружают нашу семью, семью Никитиных.
В‑четвёртых, чтобы понять востребованность в современном обществе других подходов к образованию и воспитанию (особенно в условиях деградации и того и другого).

— Что вам дало "раннее развитие"?

– В школу я пошла в 6 лет (очень уж хотелось быть как старшие братья), читала, писала и считала я прекрасно, чем порой удивляла учительницу, которая за меня, конечно, переживала: я была не только младше, но и намного меньше ростом большинства первоклассников. Она приговаривала: «мал золотник, да дорог», чем меня и подбадривала. Сложностей с учёбой не было, но после 8-го класса опять захотелось самостоятельности — поступила в Московское педагогическое училище на отделение Организация делопроизводства. Окончила его с красным дипломом и поступила на дневное отделение юридического факультета МГУ. Училище дало хорошие навыки в машинописи и умение работать с документами, ну а университет — всё остальное, необходимое для успешной профессиональной деятельности по специальности. Проработала юристом больше 30 лет в разных сферах, и достаточно успешно. На пенсию ушла с должности заместителя руководителя юридической службы в крупной компании.

«Раннее развитие» помогло скорее не в выборе профессии, а в её освоении: умение быстро и осмысленно читать, хорошая память (особенно зрительная), навыки логически мыслить, грамотность (и в устной речи, и в письменной), стремление доводить до конца начатое дело — всё это, безусловно, очень помогло и в учёбе, и в работе. И я уверена, что всё это — не благодаря учению в школе, а именно в результате так называемого «раннего» развития и вообще всей обстановки в нашем доме.

А выбор был достаточно случаен. Может быть, повлияла бабушка Дина — мамина мама. Она всегда была образцом спокойствия, уверенности, уважительного отношения к людям, пользовалась огромным уважением и непререкаемым авторитетом у огромного количества жителей нашего посёлка — Болшево. Проработав более 50 лет в школе, будучи уже на пенсии, она была председателем товарищеского суда, и к ней бесконечным потоком шли люди за помощью и советом. И она моё намерение попробовать поступить на юрфак поддержала и была за меня очень рада.

— Что вам дала семья?

— Конечно, семья (родители) дала здоровье (до сих пор не жалуюсь, хотя из-за лени не предпринимаю практически никаких усилий для его поддержания) и умение любить и ценить близких людей. Быть уверенным в любви и поддержке родных. Это очень помогает в жизни.

Главным в нашей семье считаю вот что. И Б.П., и Л.А. были в своей жизни и отношениях с нами и людьми вообще очень искренними, думающими, открытыми и любящими. Их личные качества и характеры дополняли и уравновешивали друг друга, что и позволило им всю жизнь стремиться «вперёд и вверх», не отвлекаясь на пустяки и не поддаваясь никакому давлению — ни общественного мнения, ни «авторитетов» (Б.П.), не перекладывая на других ответственность ни за победы, ни за поражения, оставаясь честными и откровенными перед собой и другими (Л.А.).

— Как на вас повлияла популярность семьи?

— Известность семьи в детстве скорее мешала — довольно неприятно, когда буквально «тыкают пальцем» и удивлённо-неодобрительно высказываются и про твоих родителей и про тебя, соответственно. С возрастом я стала более спокойно к этому относиться, уже понимать начинаешь, что люди разные и не то что не очень тактичные, а и просто не очень хорошие встречаются. И тут как раз детская «закалка» помогала научиться спокойнее воспринимать чужое, пусть даже негативное, мнение и уметь отстаивать своё.

— Какие книги и игры Никитиных вы особенно любите?

— Книги, как ни странно, нравятся все. Они разные, и вроде знаю их хорошо, и читала не один раз, но если попадёт в руки — оторваться трудно. И не только потому, что «про себя» читаешь, а и потому, что много действительно интересных и ценных мыслей и чувств открываешь каждый раз.

Из «развивающих игр» – люблю с детства «Сложи узор», наверное, потому что много играли с папой, и рисовали задания, и кубики раскрашивали сами. С папой всё было интересно делать.

— Как вы сегодня понимаете «систему воспитания по Никитиным»?

— Не люблю выражения «система воспитания». Оно очень примитивно-поверхностное. Я думаю, системы как таковой не было. И в этом, в действительности, сильная сторона — любая система имеет специально обозначенные рамки и ограничения, которым надо соответствовать, в этой системе находясь. А у наших родителей, кроме нормальных, общечеловеческих, никаких искусственно созданных рамок и ограничений в отношениях с детьми не было.

Была очень живая, разная, всегда искренняя и заинтересованная жизнь. Наполненная и обычными бытовыми проблемами, и удивляющим меня до сих пор огромнейшим желанием поделиться своим опытом (и достижениями, и неудачами, чтобы предостеречь), помочь другим людям. Всем людям. Всему человечеству, как любивший красивые выражения, мог бы сказать папа. Я думаю, что такая направленность на помощь другим людям, такой действительно искренний и действенный альтруизм — это в характере целых поколений людей, чьё детство и молодость пришлись на «рассвет» советской эры, когда вера в прекрасные идеи была искренна, а идеалы казались реально достижимыми.

Поэтому и папа, и мама, увидев и поняв на себе и своём опыте, что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО дети могут ЛЕГКО И БЕЗ УСИЛИЙ научиться читать в 2–3 года, выучить цифры, считать в уме, бегать по снегу и не болеть и т.д. и т.п., и что это детям ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА ПОЛЬЗУ, не могли не поделиться этим своим ЗНАНИЕМ с другими людьми. Ну, а потом это искреннее, хотя и довольно наивное (наше поколение уже более цинично смотрит на мир и отношения) намерение со временем разрасталось.

Где‑то это принесло очевидную пользу: многие родители заинтересовались проблемами здоровья и воспитания детей, опыт Б.П. и Л.А. помог научиться думать и поступать самостоятельно, не брать на веру многочисленные и, как сейчас очевидно, бестолковые и даже вредные рекомендации официальной педагогики и медицины.

А где‑то и вред, в первую очередь самой нашей семье: открытость и откровенность наших родителей повлекли за собой и сплетни, и глупые, а иногда злые и гнусные, публикации; дала возможность множеству незнакомых с нами вообще людей, обсуждать, осуждать или просто болтать «о Никитиных».

— Что из опыта ваших родителей вы продолжили в своей семье?

— Из очевидно полезного многое я постаралась «взять» в свою собственную семью — здоровый образ жизни (простая пища, лёгкая одежда, босиком дома и во дворе, спортснаряды дома), чтение до школы, разнообразие занятий в детстве. Ну и общее для многих, не только нашей семьи, наверное — чтение вслух, совместная работа по дому (уборка, приготовление пищи и т.п.), поездки с детьми. А самое главное, опять же вроде не из «системы», а из просто большой и дружной (несмотря ни на что) семьи — большое желание быть другом своим детям, заслужить их доверие и искреннее отношение.

— А что решили не повторять?

— Многодетность. Считаю, что это очень большой труд, даже самопожертвование, и ответственность, на которые очень мало кто способен. Я — не способна. Готова по мере сил и возможностей помогать тем своим сёстрам и брату, которые на это решились. Но сама — нет.

Ещё считаю очень спорным, а в нашей современной школе вообще тяжёлым испытанием, перескакивание через классы (или более раннее, на 1–2 года, обучение). Не в смысле трудностей с учёбой (тут как раз всё довольно просто), а в свете социально-адаптационных проблем для ребёнка в школьном коллективе. Пока не будет перестроена система образования и общественное сознание таким образом, что к подобным ситуациям будет спокойное и дружелюбное отношение, нужно быть очень осторожным и исходить из индивидуальных особенностей, характера ребёнка, учителя, коллектива детей — всего и не перечислить!

— Расскажите о своих детях и внуках.

— У меня две дочери: Надежда (1982) и Анна (1984). Старшая закончила Московский государственный университет сервиса и Hotel Institute Montreux (Швейцария), младшая — Московский государственный лингвистический университет им. Мориса Тореза. Сейчас уже трое внуков, все школьники.

Я очень рада, что они выросли рядом со мной — я нянчила их малышами. Они взрослеют на моих глазах, меняясь и внешне, и внутренне, но при этом, надеюсь, не теряется та ниточка любви и взаимопонимания, которая зародилась между нами когда‑то и которая, как говорила наша мама, самое дорогое ощущение в жизни.

— Как живет большая семья Никитиных сегодня?

— С тех пор, как появился наш первый сайт, прошло 13 лет. И мы все живём своей жизнью. Много воды утекло, много событий, радостных и горестных. В 2014 году умерла мама. Она ушла тихо, спокойно, буквально на моих глазах. И хотя казалось, что я была к этому готова (она медленно угасала, её всегда сильнейшая энергетика, здоровье и воля постепенно покидали её), это оказалось сильнейшим ударом. Но горе в очередной раз показало, как хорошо, что нас так много — все как могли поддерживали друг друга, не давая раскисать и отчаиваться.

С тех пор наш семейный корабль плывёт без своего «флагмана» самостоятельно. Вернее, уже не единый корабль, а много разнокалиберных и разномастных судёнышек — кто помельче, кто покрупнее. Но при этом у всех наших «корабликов» есть общие любимые «якоря» – для нас Папа и Мама, для наших детей — Дедушка и Бабушка, для наших внуков — ДедаБоря и БабаЛена, «без которых бы никого из нас не было»! Мы, уже с нашими внуками, продолжаем отмечать 10 декабря (день встречи Б.П. и Л.А.), играть в «Дедушкины игры», читать вслух, бегать босиком по первому снегу и радоваться новым правнукам и правнучкам Б.П. и Л.А. А ещё стараемся почаще встречаться, что из-за постоянного разрастания нашего семейства становится сложнее и сложнее!

Я уже давно бабушка. И я снова сталкиваюсь с теми же вопросами и проблемами — ну как же сделать, чтобы мои внуки не болели, чтобы были активными, любознательными, умелыми, самостоятельными — какими были мы в детстве? Ну и конечно, на новом витке жизни приходит новое понимание важности того пути, который прошли наши родители, того опыта, который они не только пережили, но и осмыслили, и очень честно и откровенно описали. И как мы отстаём от них, насколько они были смелее, работоспособнее, ответственнее и свободнее! Как они умели отделять главное в жизни от мелочей, не позволяя себе погружаться в бытовую рутину и бесконечную суету? И я продолжаю у них учиться, в чём‑то на них равняться, с чем‑то спорить, чем‑то восхищаться. И опять, и опять утверждаюсь в понимании, что опыт наших родителей, семьи Никитиных — ценнейшая и важнейшая информация для родителей, бабушек-дедушек, воспитателей, педагогов.

— Зачем семье Никитиных публичность сейчас?

— Для того, чтобы:
а) опыт, размышления, находки, огромная информация о детстве как важнейшем периоде жизни человека, которые за свою жизнь собрали Б.П. и Л.А., продолжали служить людям, то есть той цели, ради которой они работали, наблюдали, размышляли, спорили и вообще жили. Может быть, я тоже несколько наивна, но очень многое людям действительно неоткуда почерпнуть! А люди думающие, размышляющие и небезразличные должны хотя бы знать об опыте, мыслях и жизни предыдущих поколений. Учиться на них, переосмысливать их для себя и своей жизни.
б) была информационная площадка для возможности посоветоваться, поделиться размышлениями, тревогами, объединить усилия и мысли при необходимости.
в) дать достоверную «из первых рук» информацию о Никитиных — и Б.П. и Л.А., и о нас самих, в конце концов, довольно неприятны глупости и пакости, встречающиеся в Интернете о своих родителях и себе. Судиться или опровергать якобы правдивые сведения якобы знакомых с нами (понимая, что заведомо малопорядочных) людей, - дело крайне неблагодарное, а для тех, кто хочет узнать правду — она должна быть доступна. И, слава Богу, благодаря Интернету это стало намного проще.

— Кто повлиял на вас в выборе профессии?

– Очень благодарна своему классу (моему любимому «10 Б») в школе — мне повезло и с учителями, и с одноклассниками (встречаемся до сих пор). Благодарна и медицинскому училищу: нам преподавали отличные врачи-практики. Своей профессией — сестры милосердия! — очень довольна: она не раз выручала меня в разных ситуациях. То, что не поступила в медицинский вуз (по молодости очень хотелось быть врачом!), сейчас считаю большой удачей: медсестра — куда более женская профессия, чем врач.

А кроме того, именно среднее медицинское образование очень помогает мне в другой «работе», а скорее, Служении: сопровождение женщин в естественных родах… Погружение в эту бездонную тему началось с 1996 года — низкий поклон моей первой Наставнице и Учителю, Жанне Сергеевне Соколовой, врачу акушеру-гинекологу из Екатеринбурга, которая делилась со мной своими бесценными знаниями совершенно бескорыстно. А то немыслимое доверие, которое стали оказывать мне женщины, зовущие на свои роды, заставило всерьёз взяться за учёбу в этом направлении: ездить на семинары, конференции, фестивали… — учусь до сих пор.

Однако основа моих знаний в области родовспоможения и первых минут-часов‑дней жизни каждого малыша — из семьи: это та очень нужная всем полезная информация (папа любил делить информацию в любой книжке на «полезную», «вредную» и «шумы»), которую раздобыл наш отец, Борис Павлович Никитин. Основываясь на фундаментальных законах физиологии (низкий поклон профессору Илье Аркадьевичу Аршавскому), никитинские «Просьбы к врачам и медсёстрам роддомов» начали пробивать «неприступные стены» официальной медицины с 80-х годов ХХ века. Все первые центры подготовки к родам были знакомы с работами Б.П. и Л.А. Никитиных.

На сегодня считаю основной своей деятельностью — быть бабушкой. И многие навыки и умения, которые я освоила в детстве и юности – «инструменты» именно для этой деятельности: готовка еды, шитьё, вязание, стрижка волос, выпечка «фирменных» тортов и печений, постановка домашних спектаклей, игра на гитаре и фортепиано, сочинение и исполнение стихов и песен, чтение вслух…

Вообще считаю, что детям (внукам) надо давать не столько знания, сколько УМЕНИЯ (особенно занятость рук). Точнее, так: умения должны идти вместе со знаниями — из рук в руки. Хорошо бы ещё и ВОВРЕМЯ — когда у ребёнка есть желание. Для меня именно это и означает «раннее развитие», а точнее — своевременное и необходимое.

С огромной благодарностью вспоминаю своё дошкольное детство: в этом, конечно, заслуга родителей, но хочу сказать, что бабушки и дедушка (которые жили с нами!), тоже дали нам немало — осознавать это начинаешь только с возрастом.

— Что вам дала семья до школы?

– Раннее выразительное чтение помогло чувствовать красоту своего родного языка и подарило нормальную грамотность; Быстрый устный счёт и папины игры — практически исключили проблемы с математикой; кроме того, игры (и интеллектуальные, и спортивные) наградили упорством и умением рассчитывать свои силы и возможности.

Привычка с детства много двигаться — долгое время не давала повода даже задуматься над своим здоровьем, а большое желание работать руками и интерес к освоению чего‑то нового — не бояться! — все время помогает в любой учёбе и даёт уверенность, что «сё получица!», как любила говорить моя старшая внучка.

А вообще СЕМЬЯ напитала меня радостью ОБЩЕНИЯ с родными людьми, доверием и интересом к другим людям — в этом помогала разность характеров всех нас и безусловное доверие друг к другу, возможность заботиться о маленьких и больших.

Очень важна для моего (и не только моего) будущего была занятость наших родителей интересными делами ДОМА. Даже только смотреть, КАК они что‑то делают — было просто захватывающе! Папа владел многими слесарными и столярными инструментами — вся простая мебель в доме была сделана его руками; а мама часто оформляла дома плакаты-выставки для библиотеки — рисовала и писала тушью, гуашью.

Очень важны были общие дела и игры: допустим, заготовка дров к зиме или наша любимая игра в «волка», или мамино чтение вслух — всё было по‑своему здорово!

— Чем вы любили заниматься в детстве?

– В детстве любила что‑нибудь считать. И читать сказки. Конечно, нравилось играть в разные общие игры (в «волка», «индейцев», «бедных людей»), делать вместе концерты к праздникам (костюмы и декорации сооружать, стихи вслух читать, цыганку или французскую певицу изображать…), где‑то после 12 лет — обожала печатать на машинке и играть на пианино (осваивала самостоятельно).

Очень любила проводить время с младшими братом и сестрёнкой — помню, что на меня, 7–8-летнюю, могли оставить двоих младших (1 год и 4 года) на несколько часов — меня это никак не тяготило. Всегда нравилось помогать папе и маме — рисовать и чертить новые задания к играм, переписывать карточки библиотечные, печь пироги… А ещё очень нравилось, когда папа или мама рассказывали что‑нибудь из своего детства и тихонько целовали в лобик перед сном…

Из игрушек нравились маленькие деревянные фигурки (игра «Волшебный мешочек»), а из папиных игр – «Внимание-Угадай‑ка!», «Кирпичики», «Дроби», «Точечки», «Рамки Монтессори» (да все папины игры интересны).

— Как на вас повлияла популярность семьи?

– В детстве известность семьи мешала — мешала быть самой собой, как‑то сразу выставляла тебя напоказ перед другими, как бы давая право интересоваться всеми сторонами твоей жизни без всякого стеснения, а это малоприятно. А сейчас я всё чаще оказываюсь в таком положении, что когда люди узнают о моей причастности к семье Никитиных, обычно с радостью — искренне! — произносят: «Да что вы! А мне очень помогли книги ваших родителей!‥» И сейчас я уже воспринимаю известность наших родителей — нет, не известность, а тот труд, который они проделали, - как большой кредит доверия ко мне и некий «бонус» перед другими людьми. Особенно приятно общаться с теми, кто бывал на встречах с Б.П. и Л.А. или приезжал к нам в дом: у этих людей сразу начинают светиться глаза и они начинают вспоминать папу с мамой с таким теплом и благодарностью, что и передать трудно…

— Что вы цените в своих родителях как педагогах?

– Очень важно то, что наши родители написали замечательные книги - «самые практичные книги для родителей» (Масару Ибука именно так сказал про книгу «Мы и наши дети»). Каждая книга по‑своему хороша, хотя где‑то и поспорить хочется, и добавить. Вообще преклоняюсь перед умением папы и мамы коротко и ёмко делать записи (в том числе, и о нас, детях). Уникальна, на мой взгляд, папина способность анализировать педагогические и медицинские книги (он постоянно изучал как старую — до 1917 г., так и современную литературу, касающуюся воспитания и развития детей) – делал выписки, собирал вырезки по темам… Количество специальной литературы с его пометками — просто огромно.

Конечно, папа и мама были великолепными ораторами, а их честность, искренность, стойкость и неподкупность не могли не растопить сердца других людей на встречах и выступлениях. А так как встреч с родителями, педагогами и медиками было много по всему Советскому Союзу (и за рубежом — в Германии, в Японии и на Кубе), то очень многих людей наши родители буквально «повернули лицом» к детям и Детству в целом.

— Что из опыта ваших родителей вы продолжили в своей семье?

– Практически всё, что у нас в семье было, старалась привнести в свою семью: взаимопомощь в домашних делах, раннее самообслуживание и забота о других (в семье и вне её), общие походы и игры, постановка домашних спектаклей и спартакиад, любовь к движению и спортивным играм, хождение босиком, раннее обучение чтению, письму, математике (всё «между дел»), чтение вслух, песни вместе… — да разве всё упомнишь?‥

— А что не стали?

– Единственное, что не пыталась повторять — отправить детей в школу раньше положенного. Самой (я была младше одноклассников на 2 года) повезло с классом — ко мне относились заботливо, хотя в свой «взрослый мир» особо не пускали — жалели, думаю.

На мой взгляд, куда важнее в школе не столько вырываться интеллектуально, сколько уметь выстраивать отношения с другими — ровесниками, взрослыми. Когда ты младше других, на это уходит много сил — к тебе не очень прислушиваются. Когда же ты старше других, у тебя больше возможности окружать других заботой, влиять на ситуацию, быть великодушнее… — я так думаю.

— Расскажите о своих детях и внуках.

– У меня четверо детей, как и мечтала когда‑то в детстве: двое сыновей и две дочери. Все — семейные люди, и у всех уже есть дети. У старшей дочки — четверо, у младшей — два сына, у сыновей пока по одному ребёнку, но я, конечно, жду ещё). На сегодня у нас с мужем 8 внуков (4 внучки и 4 внука). Считаю, что быть бабушкой — великое счастье.

За своих взрослых детей моя душа спокойна: они очень самостоятельны и ответственны со школьного возраста. Поступали в вузы и учились в них без каких‑либо протекций и денег. ВУЗ каждый выбирал САМ — ни в какие учебные заведения я и муж ни разу не ездили: старший сын — инженер-конструктор (закончил университет им. Баумана с отличием в 2007 г.), работает по специальности, занимает ответственную должность.

Старшая дочь закончила МГМСУ (врач-стоматолог), сейчас — в декрете, но плотно занимается развивающими играми Никитиных, чему я очень рада.

Младшая дочка — учитель высшей категории (история, обществознание и богословие — закончила Православный Свято-Тихоновский гуманитарный Университет); в декретном отпуске организовала «детский центр развития», где, конечно, применяет «дедушкины» развивающие игры. Младший сын — КМС по боевому самбо, преподаватель борьбы для детей; окончил колледж, однако на этом не останавливается.

Но больше всего я радуюсь тому, что выросшие дети — очень отзывчивые люди, и всегда готовы помочь и родным, и многим другим людям — сделают всё, что в их силах.

— Как навыки, полученные в детстве, помогли в выборе профессии?

– Основной своей профессией считаю журналистику. Сколько себя помню, всегда хотела писать тексты и общаться с людьми. Но в разные периоды жизни вполне успешно работала как библиотекарь, менеджер по туризму, художник-оформитель, преподаватель йоги, корреспондент, пресс-секретарь, редактор, корректор, методист, педагог-организатор. Интересно, что в каждой из этих профессий мне помогали навыки, умения и уверенность в своих силах, полученные именно в детстве, в родительском доме.

Судьба связала меня с детским домом, и оказалось, что многие идеи и разработки моих родителей можно очень результативно использовать в работе и общении с воспитанниками (в том числе развивающие игры).

— Как вы сейчас оцениваете своё детство?

– В семье была абсолютная свобода. Однако сейчас я думаю, что она полезна не всем детям. Я остро нуждалась не просто во внимании родителей (мне, пятой по счёту, его, конечно, не хватало), но и в серьёзном дисциплинирующем начале. Например, знания мне давались слишком легко, и я не научилась учиться через усилие, через труд. Это пришлось нарабатывать в зрелом возрасте. Своих детей я отдала в детский сад и в сильные школы — конечно, дождавшись требуемого возраста.

Мне было трудно в школе: разница в возрасте с одноклассниками в 2–2,5 года фактически изолировала от сверстников (друзья появились в техникуме и институте, дружим до сих пор). Но благодаря домашнему багажу знаний я легко прошла учёбу в начальной и средней школе. Хорошее физическое развитие, привычка к «здоровому образу жизни» дали возможность выступать в соревнованиях по лёгкой атлетике и гимнастике вплоть до института, почти без дополнительных тренировок, а потом заняться йогой и разными оздоровительными практиками.

И, конечно, слава родителей и известность семьи мне, чрезвычайно впечатлительному ребёнку и подростку, очень мешали строить собственную жизнь.

— Что из опыта ваших родителей вы продолжили в своей семье?

– Большую часть тех «новшеств», с которыми мы жили в родительском доме, я естественным образом перенесла в собственную семью. Эти инструменты действительно работают. Но, я считаю, только на каком‑то этапе, и вовсе не определяют судьбу. От того, что ребёнок научится читать в три года, музицировать в пять и закончит университет в 12, совсем необязательно он станет Эйнштейном, или реализуется как творец, или просто станет счастливым. Достаточно вспомнить трагическую судьбу рано просиявшей Ники Турбиной.

— Что могут сделать родители для своих детей?

– Всё, что предлагали Никитины — да, могут. Но главное для меня — не инструменты, а суть отношений родителей и детей. Для каждого растущего человека нужны очень индивидуальные «настройки», огромное внимание и внимательность…

Вся наша жизнь в большом доме была озарена творчеством, энергией, открытостью, светом, требовательностью к себе этих двух удивительных личностей – наших отца и матери. Нас, своих детей, они очень любили – мы все постоянно это чувствовали. И меня поражало, что для всех своих многочисленных внуков они сумели найти в себе еще больше любви! В кабинет дедушки мог прибежать каждый в любое время. Во всех конфликтах взрослых и детей (то есть своих собственных выросших детей – со своими маленькими внуками) бабушка Лена всегда принимала сторону «слабого»…

И при этом, я думаю, Борис Павлович и Лена Алексеевна были, конечно, не только родителями, а еще исследователями, наблюдателями, экспериментаторами. Потому что они вообще любили детей и детство, и оба словно сохранили в себе своего открытого, доверчивого, любопытного ребенка.

Мы, их потомки, в этом отношении, очень похожи на них. Мы словно заразились навсегда этим удивлением, радостью и потребностью общения и игры с детьми. Это помогает жить и радоваться, и очень объединяет нашу большую семью. Атмосфера взаимного доверия и открытости, готовность сразу прийти на помощь, любовь к общим занятиям с детьми, благодарная привязанность к родителям — наши общие ценности.

— Как вы выбирали профессию?

– По любви. В этом и помогло «раннее развитие» - по сути никаких ограничений, физических и интеллектуальных, не имелось ни в какой сфере деятельности. Семья в детстве вооружила уверенностью, что любая головоломка решается (даже если решение отрицательное). Кроме того: полноценным чувством неполноценности — самокритичностью, отсутствием тщеславия, желанием добираться до сути, до смысла явлений.

Любимое занятие в детстве — находить другое решение, нежелание идти проторённым путём, можно сказать: техническое творчество. Сколько себя помню, основное свободное время проводил в нашей домашней мастерской, где были все возможности для воплощения своих идей (фото-химио-физико-радио-лаборатории, столярно-слесарно-токарные инструменты и т.п.).

— Расскажите какой-нибудь случай из вашего детства.

– Запомнился такой случай в пионерском лагере Академии педагогических наук «Маяк». Мне тогда было лет 8. Это был мой первый пионерский лагерь. Папа вёл кружок по изготовлению развивающих игр. Мне было дико обидно, что из всех ребят в этот кружок записался один я. Мне было ещё и по‑детски стыдно этой ситуации, представляя свою запись в этот кружок неким уничижением себя, но не записаться ощущалось предательством по отношению к папе…

Не прошло и недели, как меня стали переполнять радость и гордость за папу и за себя: помещение кипело работой — ребята из других кружков стали переходить к нам в таком количестве, что директору лагеря пришлось просить папу — из-за жалоб других педагогов — отправлять детей по своим кружкам. Кроме радости, я испытал настоящий стыд за свои первые малодушные мысли.

— Что вы считаете главным в работе Б.П. и Л.А. как педагогов-практиков?

1) Научный, исследовательский, максимально непредвзятый подход к предмету исследования — будь то книга, собственные или чужие дети…
2) Дотошная фиксация этих исследований в письменном и фотографическом виде с указанием всех объективных показателей (даты, имена, место события, ссылки на источники и т.д. и т.п.).
3) Внимательнейшее изучение всех новейших научных достижений в прикладных областях и вдумчивое соединение их с практикой. Это давало возможность правильно предвидеть и прогнозировать результат (теперь это уже подтвердило время), уметь выделять главное, выдвигать перспективные научные гипотезы.
Из книг Б.П. и Л.А. больше всего люблю «Гипотезу возникновения и развития способностей», считаю её очень важной работой для понимания процессов развития детей.

— Как вы видите продолжение дела Никитиных?

– Сайт и соцсети очень нужны. Считаю необходимым двигаться дальше, развивая достижения Б.П. и Л.А. Пока намерения и движения, мои по крайней мере, малы и недостаточны. 
Но уже радует то, что сейчас мы можем предложить родителям и педагогам многие развивающие игры и пособия Никитиных, сделанные именно так, как их задумывал папа. Но ещё не все, есть пока нереализованные планы и мечты в этой сфере. Так что работы впереди предстоит немало.

— Что вам дала семья?

– Семья дала хорошее здоровье, которым, надеюсь, поделилась со своими детьми. И дала возможность относиться к детям, нахождению дома вообще — не как к «каторге в четырёх стенах», а просто как к жизни, во всём её многообразии.

Для меня главное в семье моих родителей — это ОБЩАЯ жизнь детей и родителей. Им было интересно с нами, нам — с ними, и это В ДЕЛАХ, не только разговорах. И ещё важно, что не было ощущения, что родители жили «для нас» или мы «для них».

Очень многое, что делали папа и мама, объединяло, а не разобщало (игры, соревнования, чтение, измерения папины и т.п.). Это очень актуально сейчас, когда и у родителей, и у детей большинство интересов вынесены ЗА границы дома. Из развивающих игр люблю «Кубики для всех» и «Сложи квадрат», любимые книги Б.П. и Л.А. — «Мы, наши дети и внуки» и «Отчий дом».

— Что из опыта своих родителей вы повторили в своей семье?

– В моей семье все ходят босиком дома и во дворе, дети много двигаются, все рано начали читать (младшие учились у старших), устраиваем общие чтения вслух любимых книг. Не стали отдавать детей раньше в школу, как и перепрыгивать через классы. Тут сказался мой негативный опыт: два года разницы с одноклассниками с самого начала учёбы в школе — это много (я пошла в 1-й класс в 5 лет).

— Для чего нужен этот сайт?

– Думаю, что сайт семьи Никитиных очень нужен: для восстановления истины, то есть объективного подхода, воспоминаний, общения хороших и думающих людей (которых было среди «последователей» - большинство). И как «программа максимум» - шаги вперёд.